Сергей Ямкин: «Край земли становится её центром»

Четверг, 16 февраля 2017 09:27 Опубликовано в Диалоги с властью

 «Ямал» в переводе с ненецкого - «край земли». Сегодня его все чаще называют новым опорным краем державы, воротами в Арктику.

Вот и свой разговор с Сергеем Ямкиным, председателем Законодательного Собрания Ямала, в преддверии нового политического сезона мы начали с перспектив северной автономии. Проект федерального закона о развитии арктической зоны уже находится на согласовании в правительстве страны, в ближайшее время его обещают направить в Государственную Думу России. Одновременно подготовлена государственная программа социально-экономического развития Арктики до 2025 года.

 

С опорой на Ямал
- Сергей Миронович, закон об арктической зоне ваши коллеги из Федерального Собрания рассчитывают принять уже в этом году. Что принесет Ямалу этот долгожданный документ?
- Ожидаем мы его принятия действительно долго. Речь изначально шла о введении дополнительных льгот и снижении подоходного налога для северян, полном освобождении от всех налогов предприятий коренных малочисленных народов, повышенных нормативах зачислений в бюджеты арктических регионов поступлений от федеральных налогов и сборов. Причем все налоги и сборы за право пользования природными ресурсами в арктической зоне – до последней копейки - должны были зачисляться в бюджеты этих самых регионов с последующим направлением на целевое финансирование работ по воспроизводству природных ресурсов и охране окружающей среды.

 

- Немудрено, что закон тогда так и не был принят. Ведь с тех пор произошла еще более масштабная централизация, налоги на добычу полезных ископаемых полностью теперь зачисляются в федеральный бюджет.
- Законопроект претерпел существенные изменения. Мы рассматриваем уже четвертый вариант. Основной его идеей является создание восьми опорных зон развития. Одна из них появится на Ямале. Наш регион, по сути, является основным плацдармом для развития Арктики. Именно у нас реализуются или намечены к реализации 43 из 145 проектов, которые в качестве приоритетных утвердила Государственная комиссия по развитию Арктики. Значительная часть этих проектов связана с созданием новых нефтегазодобывающих центров, в том числе на акваториях Обской и Тазовской губ, строительством магистральных газо-, нефте- и продуктопроводов, автомобильных и железных дорог, нефтеналивного морского терминала, многофункционального порта с выходом на Северный морской путь, газохимического комплекса, заводов по сжижению природного газа… Приходящие в эти зоны инвесторы смогут рассчитывать на налоговые и таможенные льготы.

«Мои предки вышли из тундры»
- Ставка делается на развитие экономики. Социальные вопросы отошли на второй план?
- Экономика является основой социального развития любого общества. Мы и сами не первый год уже, приняв соответствующие окружные законы, поддерживаем инвесторов. Благодаря нашим преференциям в регионе материализуются масштабные инфраструктурные и промышленные проекты. Принятие федерального закона и общегосударственной программы позволит ускорить ход строительства, в том числе и такой важнейшей магистрали, как Северный широтный ход - от Надыма до Салехарда с автожелезнодорожным мостом через Обь. А это обеспечит совершенно иное, более высокое качество жизни всех ямальцев. Мы получим круглогодичный доступ ко многим территориям, до которых раньше только вертолетом можно было долететь. Значительно возрастут и налоговые отчисления в окружной бюджет, что, в свою очередь, позволит нам развивать здравоохранение, образование, спорт, культуру, социальную сферу… С нашей подачи при поддержке коллег из Якутии, Архангельска, Мурманска в законопроекте о развитии арктической зоны появилась целая статья о здравоохранении.

- Но промышленное освоение Севера может нарушить весьма ранимую арктическую экосистему и традиционный уклад коренных народов.
- Именно поэтому мы весьма жестко ставим вопрос о необходимости проведения независимых экологических и этнологических экспертиз всех предполагаемых к реализации проектов. Я сам коренной, мои предки вышли из тазовской тундры, и я прекрасно понимаю, что, реализуя такие масштабные проекты, мы волей-неволей «наступаем» на исконную территорию коренных народов. Интересы госкорпораций и крупных компаний не должны быть выше интересов людей, живущих на краю земли. Мы договорились с коллегами из Государственной Думы РФ провести на Ямале парламентские слушания по проекту закона, после того как правительство согласует наконец его текст.

Край земли
- Предполагали ли вы в детстве, что ваш родной Ямал сможет так преобразиться?
- Нет, конечно. Мое детство прошло в Яр-Сале, где ты знал каждого. Мы жили в деревянном одноэтажном доме, все удобства, естественно, на улице. С первого класса помогал таскать воду. Правда, мама старалась поначалу дать мне ведерко поменьше. Постоянно - даже при пятидесяти с лишним градусах мороза! - играли с друзьями в хоккей. Соревновались в районе, по поселкам нас возили на вездеходах, в Новый Порт летали на Ан-2. Транспортная схема была очень сложная.

- Вы не чувствовали себя оторванными от «большой земли»?
- Отдаленность, конечно же, давала о себе знать, чувствовалось это и по снабжению. Но в детстве это особо не замечаешь. Мы никогда не ощущали, что чего-то не знаем или в чем-то не ориентируемся по сравнению со сверстниками даже из крупных городов. Увлекались, как и все тогда, теми же «Битлами», у меня был свой магнитофон «Романтик». С двенадцати лет я уже самостоятельно ездил на лодке, в четырнадцать сел на снегоход. Как-то нашел на сору разбитую колданку, отремонтировали её с товарищем, проклепали, промазали, потом ставили сетки, ловили щёкура, щучку...
А вот когда ты уже взрослый и на тебе лежит ответственность за людей, а финансирование идет по остаточному принципу... Тогда понимаешь, что это край земли, что мы на задворках.

Хозяин Аксарки
- Помните свои первые дни в должности «хозяина» столичной Аксарки?
- Аксарка для меня не чужая. Сюда я приехал сразу после армии, отслужив в железнодорожных войсках на БАМе. Поработал в районном отделе культуры, по воле судьбы оказался последним в истории первым секретарем Приуральского райкома ВЛКСМ. Хотя, конечно, в должности главы пришлось хлебнуть лиха. На прием шел нескончаемый поток посетителей. Недовольные бабушки стучали в окна. Конец 90-х… Ничего же не было! Ни денег, ни дорог, ни работы. Дома, многие из которых местный рыбозавод построил еще до войны, разваливаются. Сам рыбозавод переживал не лучшие времена.

- Приуральский район был не из передовиков, занимал в автономном округе если не последнее…
- …то уж точно предпоследнее место. Глава района Владимир Воронкин и поставил перед нами, начинающими руководителями, задачу - вытащить Приуралье из ямы, навести в селах и поселках порядок. Считаю, нам это удалось. Я сейчас часто бываю в других регионах страны - Подмосковье, Татарстане, Мурманске. Но затрудняюсь назвать территории, где поселения были бы лучше, чем у нас.

- А начинали в Аксарке с чего?
- Все жилищные программы к моему приходу были заморожены, очередь не двигалась. Мы смогли убедить земляков в необходимости хотя бы частично софинансировать строительство собственного жилья, создали ипотечный фонд, выделяли нуждающимся земельные участки. Напрямую договаривались с заводами в центре России о поставке нам каркасно-панельных и прочих деревянных конструкций многоквартирных домов, изготовленных по современным финским, канадским технологиям. Очень теплых, быстровозводимых. Доставляли их вагонами до Лабытнаног, а далее баржами везли в Аксарку. Распахали под огороды заброшенное летное поле, где когда-то садились Ан-2, а затем уже на месте огородов в самом селе строили дома. У нас появились целые микрорайоны - Молодёжный, Юбилейный... Вдвое сократили очередь, много ветхого и аварийного жилья снесли. Возвели среднюю школу и детский сад. Недалеко от порушенной некогда молочно-товарной фермы заложили новую, она обеспечивает сегодня свежим молоком Салехард. Планировали построить теплицы, но пока не получается, слишком затратно.

«Ипотека» для оленевода
- Похоже, вы действительно справились с поставленной задачей. Неслучайно ведь через несколько лет глава Приуральского района пригласил вас к себе заместителем, доверив кураторство сначала над агропромышленным комплексом и коренными малочисленными народами, а затем еще и над всей социальной сферой. Пришлось помотаться по району, в полтора с лишним раза превосходящему по площади Швейцарию?
- Пришлось. На лодках и снегоходах добирались до стойбищ, разговаривали с ненцами. Оленеводы-частники, а в районе таких насчитывалось около полутора тысяч, жаловались на отсутствие какой-либо поддержки. Тот, кто работал в совхозах, получал от округа компенсационные выплаты по две тысячи рублей. Совхоз же завозил им дрова и продукты, разрешал во время забойной кампании забирать оленьи шкуры для нюков. А частники ничего этого не имели. Особенно тяжело было молодым семьям, которые от родителей хотели отделиться, но не имели ни достаточного количества оленей, ни денег на свой чум. По итогам наших разговоров мы разработали и приняли районную программу, в рамках которой предоставляли кочевникам комплекты шестов для чумов, нюки для их покрытия, печки, дрова. Потом наша программа вышла на окружной уровень.

- Выходит, вы стояли у истоков окружного закона.
- Можно и так сказать. Проблем хватало. Те же оленеводы-частники не стояли и не стоят в очереди. Но приходят на прием и говорят: «Дайте жилье в поселке, нужно было еще вчера». Мне пришла в голову хорошая мысль задействовать совхозы. Я вышел на директора и обсудил с ним возможную схему, когда бы он взял на себя строительство домов, а частники рассчитывались бы с ним, сдавая в течение пяти-семи лет определенное количество оленей. Мы бы со своей стороны дотировали часть затрат. Предложение всех устроило, и мы приняли еще одну районную программу.

- Своего рода «ипотека» для оленевода.
- Она позволила снять остроту проблемы, хоть народ и валом повалил. К сожалению, введение единого сельскохозяйственного налога убило нашу схему, поскольку он поставил крест на жилищном строительстве и прочих «непрофильных» активах…

- Помимо коренных народов вы курировали еще и всю социальную сферу. У вас были самые проблемные вопросы.
- Да, непростые. Хотя, понятно, все политические и финансовые вопросы решал глава района, а я лишь исполнял решения. Тогда мы с помощью округа построили в Белоярске просто шикарный интернат для нескольких сотен ребят. С игровыми комнатами, семейного типа. Н то что раньше, когда даже близких родственников нередко расселяли в разные интернаты. Возвели поликлинику, хотели открыть еще и дневной стационар, но подвели подрядчики. Только сейчас заканчивают второе отделение.

Удачный эксперимент
- Со временем вы и сами стали главой района.
- Тогда как раз вступил в силу федеральный закон, предусматривающий разделение на исполнительные и представительные органы власти в муниципалитетах. Губернатор Юрий Неёлов предложил на нашем районе обкатать новую модель. Ну, а поскольку с Владимиром Воронкиным у меня сложились хорошие рабочие взаимоотношения, то он предложил вариант, при котором я становился председателем районной Думы и одновременно главой Приуральского района, а его депутаты избирали главой администрации.

- Эксперимент удался?
- Вполне. Накопившиеся проблемы мы решали теперь сообща, выстраивали договорные отношения с недропользователями, хотя в Приуральском районе их не так много, как у соседей. Но тогда как раз началось строительство, в том числе и по нашей территории, магистрального газопровода Бованенково - Ухта. Благодаря сотрудничеству с Газпромом мы оборудовали три фактории. На Паюте, например, действуют центр кочевого образования, отделение срочного социального обслуживания, фельдшерско-акушерский пункт, убойно-заготовительный комплекс, магазин-пекарня. Эта фактория стала образцово-показательной во всем регионе. У жителей тундры появилась возможность сдать дикоросы, рыбу, оленину, приобрести свежий хлеб и товары первой необходимости, решить многие бытовые и социальные вопросы.

«Отделались легким испугом»
- Вы дважды избирались главой Приуральского района. После такого опыта как восприняли переход в Законодательное Собрание Ямала?
- В районе, честно говоря, было гораздо спокойнее. Я знал не только территорию, но и практически всех людей, здоровались по имени-отчеству. В Салехарде коллеги изначально доверили мне должность заместителя председателя Законодательного Собрания и главы комитета по бюджету, налогам и финансам. Образование у меня экономическое, и тема в принципе была понятна. Но масштабы совершенно иные! Абсолютно другой уровень ответственности.

- Тогда как раз начался очередной виток кризиса. Денег в окружном бюджете стало меньше. Приходилось резать по живому? Или об этом в большей степени болела голова у правительства Ямала?
- Мы работали вместе. Я входил в согласительную комиссию по бюджету… Благодаря позиции губернатора Дмитрия Кобылкина удалось сохранить все социальные льготы. Правда, для этого нам пришлось пойти на привлечение заемных средств и наращивание государственного долга. Зато большинство ямальцев отделалось легким испугом. Экономили мы в первую очередь на доходах государственных служащих. Меньше стали обновлять транспорт, урезали расходы на командировки, поужались в затратах на ремонт.

- Одновременно в округе решались и насущные задачи. Строили детские сады, сносили ветхое жилье, поддерживали инвестиционные проекты.
- Потому что понимали: без этого не обойтись. Я сам столкнулся с отсутствием мест в детских садах. Не хотел никого просить, чтобы устроить дочку. Слава Богу, мама жива-здорова, помогала, пока не появился частный детский сад. Но на Ямале много приезжих, и у них просто нет здесь родных и близких, кто бы мог приглядеть за ребенком. Садики нужны обязательно. И мы практически закрыли эту тему.

Энергия арктического солнца
- Ответственности явно добавилось с избранием вас председателем Законодательного Собрания Ямала.
- Действительно, теперь мне приходится отвечать за слаженность работы всего регионального парламента. Необходимо находить компромиссы между разными политическими силами. Сравнивая с другими территориями, могу сказать, что нам удалось выстроить конструктивные взаимоотношения. Причем не только среди депутатов, но и с муниципалитетами. Мы регулярно встречаемся с главами на местах, в координационном совете при парламенте, пытаясь выявить общие для всех проблемы и найти пути их решения. На последнем заседании, например, речь шла о капитальном ремонте многоквартирных домов. Прозвучали предложения о необходимости их утепления при проведении работ. И отраслевой департамент готовит уже документы по изменению правил.

- Нередко со стороны федерального центра в адрес Ямала звучат упреки по поводу компенсации коммунальных услуг. Ежегодно округ выделяет из своего бюджета на эти цели свыше 10 миллиардов рублей.
- Ямал - территория особенная, северная, здесь затраты совершенно другие. Ведь во многих поселениях электростанции и котельные работают на дизтопливе и угле, которые мы завозим за тысячи верст. В Горках, например, семье из трех человек, занимающих 54 квадратных метра, без наших субсидий пришлось бы платить за коммуналку по 60 тысяч рублей в месяц. Многим элементарные блага цивилизации просто не по карману. А переходить на печное отопление и снова таскать воду из рек - значит вернуться в прошлый век. Мы этого не допустим. Поэтому наряду с компенсациями затрат ведем серьезную работу по газификации наших поселений. Сами ненцы уже занимаются внедрением новых технологий. Скажем, Михаил Окотэтто на фактории Нейто в самом центре полуострова Ямал поставил солнечную батарею. И теперь полностью обеспечивает свое хозяйство дешевой энергией.

- Впору еще одну окружную программу принимать.
- За новыми технологиями, безусловно, будущее. И мы готовы сотрудничать с научными институтами, обкатывая их разработки, в том числе по альтернативным источникам энергии. Проблем на Ямале еще предостаточно. Ведь долгое время он рассматривался исключительно как территория временного проживания людей, на период освоения природных ресурсов. Отсюда у нас столько балков и прочих времянок, недостаток тех же детских садов и школ, больниц, спортивных сооружений и домов культуры... Нам приходится сегодня создавать новый Ямал - удобный и комфортный.

Север - юг
- Тем не менее, многие северяне, отдавшие лучшие свои годы жизни освоению Ямала, хотели бы перебраться на склоне лет в более теплые края. Прежде всего, в Тюмень.
- Это естественное желание. С Тюменью у нас традиционно дружеские отношения. У моей супруги дед - коренной тюменец, всю жизнь отработал на Ямале, её тетя приехала из Тюмени строить Надым, когда еще и поселка не было. Со временем связи между нашими территориями только крепнут.
В областном центре живут тысячи ямальцев, для них построены два микрорайона. Создано более десятка землячеств, совет которых возглавляет Фуат Сайфитдинов, депутат Тюменской областной Думы, председатель Союза ветеранов Ямала, в прошлом вице-губернатор автономного округа. Вместе с Тюменской областной Думой мы приняли уникальный для страны документ, узаконив предоставление бесплатных земельных участков для многодетных семей с Ямала на юге региона. В Тюмени не только живут наши пенсионеры. Здесь отдыхают и учатся наши дети, здесь ямальцам оказывают высокотехнологичную помощь. Я могу называть десятки совместных проектов. Один из последних - это аэропорт Рощино, которым регулярно пользуется большинство ямальцев. Благодаря взаимной поддержке наши два региона с каждым годом становятся все сильнее!

16022017 yamkin1

Парламентская газета «Тюменские известия» от 16 февраля 2017 года,
Андрей Фатеев.