Алексей Титовский: Задача науки - зафиксировать сегодняшнее состояние экосистемы Гыданского полуострова

Пятница, 24 июня 2016 09:52 Опубликовано в Политика
Алексей Титовский: Задача науки - зафиксировать сегодняшнее состояние экосистемы Гыданского полуострова

Ямало-Ненецкий автономный округ планирует этим летом начать комплексное изучение Гыданского полуострова, таящего в себе огромные запасы углеводородов. Но до того как на эту труднодоступную территорию, где зимуют рыбы и гнездятся редкие птицы, придут промышленные компании, представители науки хотят успеть собрать данные о состоянии флоры и фауны для сравнения с будущими показателями. Об этих исследованиях, о поиске причин появления гигантских воронок, а также о том, из-за чего карско-баренцевоморская популяция белых медведей остается самой неизученной и почему ученые пока не смогли надеть ошейники на этих хищников, в интервью агентству «Интерфакс-Урал» рассказал директор департамента по науке и инновациям ЯНАО Алексей Титовский.

- Алексей Леонидович, в этом году должны возобновиться масштабные исследования Гыданского полуострова в Ямало-Ненецком автономном округе, которые не проводились с советских времен. На сколько лет рассчитана программа исследований? Какие работы планируется провести в этом году?
- В советское время исследовательская работа на Гыдане велась очень активно. Исследования проводились и в современной России, но эпизодически. А в прошлом году мы совместно с Тюменским государственным университетом разработали программу или, как сейчас принято говорить, «дорожную карту» по изучению Гыданского полуострова до 2020 года.
Проект комплексный. В этом году планируем отправить на Гыдан группу исследователей, чтобы они провели рекогносцировочные исследования на предмет последующего более глубокого изучения полуострова в перспективе. Кроме того, будем поддерживать исследования орнитологов, планирующих работать на Гыдане. Они подробно изучали полуостров Ямал, теперь также будут изучать Гыдан. Также наши коллеги из Тюменского госуниверситета в южной части Гыдана, в районе поселка Газ-Сале, проведут исследования гуманитарного профиля.
Помимо этого, в августе организованы две экспедиции в район озера Парисенто в центральной части Гыданского полуострова, между населенными пунктами Гыда и Антипаюта. В состав экспедиций войдут сотрудники Научного центра изучения Арктики, представители академических научных организаций, вузовской науки. На этом месте в 1984 году был создан стационар Института криосферы земли Сибирского отделения Российской академии наук, пробурено почти 150 параметрических скважин, которые показывали динамику изменения вечной мерзлоты. В 1990-е годы стационар оказался заброшен, жилые модули, сараи пришли в негодность, что-то было сожжено, что-то разграблено. Но самое ценное - это сами скважины. Задача исследователей в этом году - попытаться восстановить эти скважины, найти хотя бы несколько, из которых можно получить данные о том, что за долгое время произошло. Если так получится, что при неблагоприятном развитии событий скважины не удастся восстановить, тогда попробуем пробурить новые и заложить базу для последующих многолетних исследований.

- Правильно ли понимаю, что пробурить новые параметрические скважины - не проблема, важно не потерять данные, полученные с 1984 года?
- Верно, сама скважина является лишь инструментом для получения данных. В скважину опускается логгер (термометр), который работает от батарейки, записывает колебания температур. Потом приезжает ученый, снимает данные и анализирует.

- Отличается ли флора и фауна полуострова Гыдан от флоры и фауны полуострова Ямал?
- Они очень похожи между собой, но флора и фауна Гыдана разнообразнее, поскольку его экосистема еще не нарушена. Более 70 процентов стада домашних оленей пасется именно на полуострове Ямал. С другой стороны, на Гыдане больше диких оленей, на юге встречаются бурые медведи. Есть участки, куда не ступала нога человека, и где спокойно живут редчайшие виды птиц. Что касается рыбы, то зимовальные ямы в большинстве своем тоже на Гыданском полуострове. Он очень богат! Важно, чтобы наука в этом месте присутствовала.

- Какая глобальная цель изучения Гыданского полуострова? Это делается с расчетом, что там будет вестись добыча углеводородов, или же для того, чтобы знать место, где живете?
- Гыданский полуостров, по прогнозам ученых, является еще более богатой территорией, чем полуостров Ямал. Совершенно очевидно, что эту территорию будут промышленно осваивать. Например, уже есть планы по строительству второго завода СПГ. Поэтому, безусловно, задача науки - зафиксировать отправные точки, сегодняшнее состояние экосистемы полуострова, чтобы потом можно было видеть динамику, происходит ли ухудшение экологического состояния или оно стабильное. Мы это делаем не из праздного любопытства, а для того, чтобы получить знания, которые в дальнейшем будут рекомендованы руководителю региона, директорам компаний для формирования и закрепления региональных нормативов охраны окружающей среды, в том числе для защиты от промышленного загрязнения. Но не всегда наука шла впереди промышленности. Когда осваивался полуостров Ямал, фоновые данные зачастую не фиксировались, у страны тогда цели были другие. А сейчас губернатор ставит задачу, чтобы сначала прошли научные исследования, и только потом можно было говорить о промышленном освоении.

- Планируется ли создание на Гыдане научного стационара?
- Да, планируем это сделать. Более того, весной этого года из поселка Тазовский выезжал вездеход, который доставил к озеру 20-тонный морской контейнер, переоборудованный под жилой балок. Там есть печь, койки, стол, то есть элементарные условия для жизни и научных экспериментов. Конечно, в дальнейшем будем его усовершенствовать.

- Сколько времени будут длиться экспедиции? Какой объем средств предполагается направить в этом году на исследование Гыдана?
- Отправим экспедицию геофизиков и археологов, каждая из групп на месте пробудет порядка двух недель. Логистику еще предстоит продумать, доставка сложная и дорогая, ведь дорог туда нет, нужно отдельно нанимать вертолет. Сейчас смотрим, есть ли попутный вертолет, можно ли совместить научные группы, чтобы снизить расходы. Для понимания: летный час вертолета стоит 110-130 тыс. рублей, до озера, где будет располагаться стационар, из поселка Тазовский порядка двух часов лета. Только на одни перелеты уйдет более 1 млн. рублей. Плюс нужно снарядить группу, закупить оборудование, заплатить за то, чтобы люди до Тазовского добрались.

- Сегодня компании озвучивают планы по разработке месторождений в морских акваториях, в том числе и Карского моря. Но, как говорят экологи, любая авария, если она вдруг произойдет в условиях Арктики, обернется настоящей катастрофой. Ведутся ли научные разработки на предмет того, как предотвратить столь серьезные последствия?
- При промышленном освоении Арктики любые шаги должны делаться в соответствии с самыми строгими экологическими стандартами и правилами. На территории округа существует 15 специальных площадок, где ведется мониторинг экологической обстановки, анализируется, нет ли негативных изменений состояния экосистемы.
При строительстве завода «Ямал СПГ» применяются суперсовременные подходы к соблюдению безопасности, идет многократная страховка. Но, конечно, сказать, что существует универсальный метод ликвидации разливов в Арктике, не может ни одна страна в мире. На сегодняшний день нет технологий, позволяющих оперативно в ледовых условиях ликвидировать последствия чрезвычайных ситуаций. Мексиканский залив тому пример, ведь даже в тех тропических условиях ликвидация катастрофы заняла колоссальное время, ущерб экосистеме был нанесен непоправимый. Что уж говорить об Арктике! Безусловно, нужно сто раз отмерить, прежде чем один раз отрезать. Поэтому обеспечение экологической безопасности - это приоритет, и компании, которые здесь работают - «Газпром», «Газпром нефть», «Роснефть», «НОВАТЭК», «ЛУКОЙЛ», понимают это. Но человечество пока еще не может решать такой вопрос, как эффективная и оперативная ликвидация разливов в суровых условиях Арктики.

- В прошлом году состоялась экспедиция на остров Белый, во время которой ученые планировали надеть спутниковые ошейники на белых медведей, но у них это не получилось. В этом году планируется повторная экспедиция. Когда она пройдет? Уверены ли вы в положительном результате?
- Конечно, рассчитываем на успех, но этот проект, в котором также участвует WWF, хоть и кажется простым, на самом деле очень сложный и опасный. Мы обучили некоторых сотрудников, как правильно себя вести с медведем, но понимаем, что такая работа все равно сопряжена с риском.
Пока мы купили пять ошейников, ружье и снотворное. Вроде бы, есть ошейник и есть медведь, надо только надеть. Но это не песец и не лемминг, а самый крупный и опасный хищник в мире! Ошейник имеет смысл надевать только на самку, потому что у нее шея тоньше, чем голова, и он не сваливается. У самцов наоборот, шея толще головы, и в результате медведь просто берет лапами ошейник и снимает его.
Мало того, что медведя предстоит найти и отследить, нужно еще увидеть, самка это или самец. Если самец, значит, все бессмысленно. Если самка, то необходимо её обездвижить, рассчитав при этом так четко, чтобы она не успела добежать до воды. Ведь хищник, получив заряд со снотворным, испытывает дискомфорт, начинает нервничать и бежит спасаться в воду. Если добежит, то просто утонет, что было бы непростительно. Поэтому зверя нужно выследить именно в материковой части. Но медведи всегда следуют за льдом, они охотятся за нерпой только со льда. Если хищник остается на острове, то голодает. Поэтому, как правило, на суше остаются неопытные самцы или самки, не сообразившие, что надо уйти.
Ограничений масса. Более того, мы понимаем, что сегодня можем работать с мишками только на территории острова Белый и на Гыданском полуострове для минимизации расходов на логистику. Стоимость летного часа я озвучивал. Пока же наша карско-баренцевоморская популяция белых медведей остается самой неизученной как раз из-за логистических сложностей.
В этом году на острове Белый продолжат работать волонтеры и ученые, постараемся там отследить медведиц и, если они есть, то, возможно, отправим группу, которая на трэколе будет её преследовать и обездвижит. Но не исключено, что в этом году на острове вообще не окажется медведей. Такого не было раньше, но мало ли.
При реализации этого проекта работаем совместно не только с WWF, но и с компанией «Ямал СПГ», она заинтересованная сторона, поскольку на их объекты медведи периодически приходят.
Помимо всего перечисленного мы создали так называемый «медвежий патруль», чтобы при обнаружении медведя где-либо, а в этом году он заходил чуть ли не в середину полуострова Ямал, на место могла сразу же выдвинуться оперативная группа и надеть ошейник.

- То есть человек, увидев медведя, прячется, звонит в «медвежий патруль» и ждет помощи?
- Да, но стоит понимать, что медведь - подвижное животное, он ждать никого не будет, а при шуме пугается и убегает.

- Бывали ли на Ямале случаи, когда люди прикармливали белых медведей, и затем их приходилось убивать, поскольку они опасны?
- К счастью, такого не происходило. В поселке Сабетта, где строится завод «Ямал СПГ» и где медведи встречаются, существуют строжайшие правила безопасности, инструкции, что делать, если увидел медведя.

- Ямал в свое время участвовал в проекте «Полет надежды» по спасению редкого вида журавля - стерхов. В 2012 году с орнитологической станции «Кушеват» их отправляли в полет. Какова сейчас судьба этого проекта?
- Департамент данным проектом не занимался, для работы с этим редчайшим видом птиц был создан фонд «Стерх». Но, в принципе, мы работаем над сохранением исчезающих видов птиц.

- Пока же ведется наблюдение за другими птицами, например, сапсанами?
- Наблюдаем за сапсанами, кречетами, белыми совами и множеством гусеобразных. В прошлом году на Ямале проходила международная конференция на тему сохранения гусеобразных. По её итогам в Минприроды были внесены предложения по оптимизации правил охоты на этих птиц. В следующем году, я думаю, тоже проведем подобное мероприятие. Тематические конференции проводим, чтобы люди делились опытом, высказывали предложения, рекомендации органам исполнительной власти, надзорным органам, а те, где нужно, усиливали меры охраны или, наоборот, если ситуация с популяцией стабилизировалась, смягчали правила охоты.

- Несколько лет назад начался проект «Ямал – Арктика», в прошлом и позапрошлом году исследования проводились только на суше. Планируете ли проводить исследования в этом году. Если да, то в каком виде?
- Планируем. Мы отказались от морской части и нисколько об этом не жалеем. В первую очередь, потому что морская часть - это дорогое удовольствие.
И в прошлом году проводили, и в этом продолжим комплексные исследования на полуострове Ямал, на острове Белый, частично затронем Гыдан. Все работы, которые требуют многолетнего мониторинга, будут продолжены. Например, чуть южнее Бованенковского месторождения расположен многолетний исследовательский полигон Института криосферы земли «Васькины дачи», там ведется мониторинг динамики вечной мерзлоты.
Продолжим исследования в области дендрохронологии, когда по древесным кольцам анализируется изменение климата за тысячи лет. Будут продолжены многолетние наблюдения за наземными экосистемами: это песцы, лемминги. Все эти проекты нельзя прерывать, как только прервем, сразу потеряем ценнейшие данные.

- Можно ли уже подвести предварительные итоги работы экспедиции «Ямал – Арктика» и обозначить задачи, которые стоят на ближайшие год-два?
- Лишь в августе появятся результаты исследований, которые были проведены в 2014 году. Это связано с тем, что требуется ряд особых химических реагентов, а некоторые лабораторные исследования не проводятся в России, их заказывали за рубежом.
Что касается планов… В этом году будем изучать озера, которые могут оказаться пригодными для искусственного разведения сиговых рыб. Мы выбрали пять-шесть озер, в которых когда-то сиговые рыбы жили, но их выловили. Эти озера достаточно глубоки для того, чтобы зимой не промерзали до дна, в них достаточно для рыб кислорода.

- В будущем планируется в подходящие озера запустить рыбу?
- Да, и это не экономический проект, а, скорее, социальный, инициированный губернатором округа для обеспечения работой коренного малочисленного населения, сохранения их традиционного образа жизни.

- В Харпе практически уже создан рыбоводный завод, его запуск планировался на март текущего года, но почему-то не состоялся. В чем причина этого? Когда планируется его ввести в эксплуатацию?
- Он планируется к запуску в конце 2016 года, а сейчас идут очень сложные пуско-наладочные работы. Проблема в том, что российские предприятия не выпускают оборудование нужного качества, его нужно закупать за рубежом. Это затруднительно, поэтому некоторые задержки есть, но они не критичные, график не срывается. Завод изначально был рассчитан на 40 млн. особей рыб, но, учитывая опыт Норвегии, мощность увеличена до 110 млн. особей, при таких объемах завод будет себя окупать.

- В августе 2014 года в ЯНАО, ХМАО и Томской области запретили вылов муксуна. Есть ли понимание, дало ли это какие-то результаты и поможет ли запуск завода в восстановлении популяции данного вида рыб?
- Конкретных исследований не проводилось. Мы надеялись, что после ввода завода сможем восстановить популяцию через 7-8 лет.
Муксун может нереститься не раньше, чем на 10-12 годах жизни. Чтобы эти годы прожить, рыба должна пройти из Томской области через Ханты-Мансийский, Ямало-Ненецкий автономные округа и при этом каким-то чудом не быть выловленной. Первопричина сокращения популяции муксуна - браконьерство. Нужна охрана нерестилища, мест зимовки.
Проблема еще в том, что Обская и Гыданская губы, где зимует муксун, находятся в федеральном ведении, река Обь - в ведении субъекта федерации. Периодически сталкиваемся с ведомственными противоречиями. Конечно, это требует решения.

- Другая тема - археология. В прошлом году на памятнике Зеленый Яр археологи нашли мумию ребенка. Можно ли рассчитывать на подобные находки в этом сезоне?
- Раскопки на Зеленом Яре уже продолжены. Также проведем раскопки на реке Юр-Яха и аналитическую работу по самому древнему в Западной Сибири и, может быть, даже в Арктике, центру по производству бронзы и железа - уникальному памятнику Усть-Полуй. Он датирован 73 годом до нашей эры, на данном памятнике при раскопках было найдено 15 тыс. артефактов.
Что касается того, будут ли столь же сенсационные находки, как мумия ребенка, прогнозировать сложно. Все-таки археология, как и история, преподносит сюрпризы. Все может быть, почему нет. Мерзлота - это колоссальное хранилище, тысячи лет с ней ничего не происходит. Археолог может проводить раскопки в метре от того места, где лежит реликтовый артефакт, и ничего об этом не знать. Самое главное, не гнаться за сенсацией, а продолжать многолетнюю аналитическую работу, которая позволяет говорить, что сотни лет назад здесь кипела жизнь, торговля. Этот край не был богом забыт.

- Существует ли на Ямале проблема «черных археологов»?
- Такой проблемы нет. Но ведь и добраться до нас довольно сложно. «Черные копатели» работают там, куда легко доехать на машине, доплыть на лодке. К тому же, на Ямале все археологи друг друга знают.

- Планируется ли продолжение исследований природы образования гигантских воронок, подобной той, какая была обнаружена недалеко от Бованенковского месторождения? Не страшно ли, что подобное может произойти в городах, на промышленных объектах? Ведутся ли исследования, как предотвратить образование этих воронок?
- Такие явления происходили тысячи лет назад, происходят сейчас и будут происходить в будущем. Особенно это заметно в морских акваториях, в Карском море, в Тихом океане, в наших озерах, потому что планета - живой организм. Очевидно, что множество из 300 тыс. озер, которые есть на Ямале, были образованы именно таким образом: происходит пневмохлопок, выброс породы из земли, а со временем воронка превращается в красивое озеро глубиной в 40-50 метров. Термокарстовые озера здесь не очень глубокие, 4-5 метров.
На сегодняшний день существует несколько предположений, почему образуются воронки. Так или иначе, все исследователи сходятся во мнении, что повлияла теплая погода предшествующих лет, 2012-2013 годов, когда поверхностный слой подтаял и не смог выдерживать напор газа в глубине. Что это было, включились ли действующие газогидраты, которые приходят в действие при изменении температуры, требует изучения. Сегодня здесь работают представители Института проблем нефти и газа РАН, Института проблем нефтегазовой геологии РАН (Новосибирск), Института криосферы земли СО РАН. Осенью планируем провести заседание круглого стола или семинар, чтобы собрать всех исследователей и проанализировать, каковы причины возникновения воронок.
Для нас самое главное знать, где это может произойти, разработать методику прогнозирования таких явлений, чтобы пытаться принимать решения, минимизировать возможный ущерб, если, не дай бог, подобное случится на промышленном объекте или в населенном пункте. Кстати, некоммерческое партнерство «Российский центр изучения Арктики» будет в том числе заниматься разработкой методики выявления таких объектов с последующим созданием систем по их нейтрализации. Острой необходимости выезжать на саму воронку с научной точки зрения нет. Мы уже там много раз были, брали пробы грунта, воды, воздуха, спускались внутрь зимой. С туристической - пожалуй.

Сетевое издание «Интерфакс-Россия» от 23 июня 2016 года.