Как меняется благотворительность на Ямале. Опыт фонда «Ямине» — итоги 15 лет

Благотворительный фонд помощи детям «Ямине» в 2026 году отмечает 15-летие. Как он начинал работать, как удалось завоевать доверие меценатов и родителей особенных детей? Какие центры помогают с реабилитацией и какие акции получают все большую поддержку? Об этом в пресс-центре «Север-Пресса» говорили с директором фонда Дмитрием Фроловым.

Содержание

• 00:17 Кто был первым получателем в фонде «Ямине»
• 00:58 Как искали благотворителей и заслуживали доверие
• 02:07 С какими случаями обращаются в фонд, есть ли экстренные
• 03:20 Про реабилитацию и проекты в регионе
• 05:51 Как менялся механизм перечисления денег
• 08:20 Скольким удалось помочь за 15 лет
• 09:50 Как принимается решение, кому отдается приоритет
• 12:36 Лучше всего помогает сарафанное радио
• 14:15 Про обращения из других регионов
• 15:12 Первыми обратили внимание на аутизм
• 17:00 Про центры, которым доверяют
• 18:32 Про снятие инвалидности

Кто был первым получателем в фонде «Ямине»

00:17 Конечно, первого нашего ребенка в фонде помню. Когда мы только начали работать, буквально в этом же месяце пришел папа девочки, которая нуждалась в реабилитации. Сейчас ей уже 20 лет, она заканчивает обучение на повара в Ямальском многопрофильном колледже. А тогда, летом 2011 года, это было первое обращение от родителей с просьбой о реабилитации ребенка.

Как искали благотворителей и заслуживали доверие

Дмитрий Фролов рассказал, как открылся фонд в регионе и скольким детям уже помог. Фото: Никита Погодин / «Ямал-Медиа»

00:58 Хочу сказать, что у фонда вообще интересная судьба. Мы были созданы по инициативе правительства региона. Колоссальную поддержку на протяжении всех лет нашего существования оказывали и члены правительства, и губернаторы Ямало-Ненецкого автономного округа Дмитрий Николаевич Кобылкин и Дмитрий Андреевич Артюхов. Первым крупным меценатом стала компания «Газпром добыча Надым». Именно она сделала в 2012 году первое крупное пожертвование, с этого начинается наша полноценная история. В первый год мы смогли охватить помощью несколько десятков детей, потом вышли на сотни, а сейчас уже на тысячи случаев помощи в год.

С какими случаями обращаются в фонд, есть ли экстренные

02:07 Бывает по-разному. Экстренных случаев в прошлом году не было, слава богу. Были дорогостоящие, обращались с просьбой о высокотехнологичной медицинской помощи. Мы купили биомеханический протез правой руки ребенку из Нового Уренгоя. Сумма — свыше 8 миллионов рублей. Но в основном, если считать по количеству, обращения касаются реабилитации детей с нарушением опорно-двигательного аппарата, детским церебральным параличом и психоневрологическими заболеваниями. Сейчас количество обращений снижается, потому что в округе за это время создалась уникальная система. В городах появляются отделения патологии речи, на базе социальных центров открываются реабилитационные отделения, где семьи могут проходить реабилитацию. В этом, наверное, есть небольшая доля нашей заслуги, потому что мы с первого года нашего существования показывали важность проведения курсов реабилитации.

Про реабилитацию и проекты в регионе

03:20 Мы регулярно привозили в регион специалистов. Только за прошлый год на территории округа провели 21 курс реабилитации, охватили практически все города. Почти в каждом работали специалисты из тюменских, челябинских и сургутских центров. Действительно, охват был довольно широкий.

Хочу сказать еще про один из исторических фактов — это обеспеченность детей инсулиновыми помпами. Когда мы только начали работать, на одной из встреч с губернатором я обозначил эту проблему. И все эти годы в нашем округе дети с сахарным диабетом обеспечиваются всем необходимым. Это, я считаю, важно.

За 15 лет у нас было очень много проектов. К примеру, «Мир без границ», который реализовали на базе МВК им. И. С. Шемановского. Замечательно, что в Ноябрьске этот проект тоже прижился, многие ребята взрослели на нем. И мне приятно, что мы в течение многих лет прикладывали руку к тому, чтобы такие проекты оставались и работали.

10 лет — акции «Светлый Ангел». Это пасхальные и рождественские ярмарки, которые мы проводим вместе с детьми из воскресной школы Салехардской епархии и уполномоченным по правам ребенка в ЯНАО. В этом году мы провели десятый благотворительный аукцион. Это тоже определенная веха, потому что за это время в нем поучаствовало почти полсотни ямальских художников. Их работы теперь есть в крупных корпоративных коллекциях. Кроме того, приятно осознавать, что многие меценаты, приобретая картины, передавали их в ямальские музеи. В следующему году состоится уже десятый Арктический благотворительный кубок по волейболу. Это тоже определенная веха истории фонда.

Как менялся механизм перечисления денег

05:51 Поначалу, наверное, был наиболее простой метод — перевести деньги родителям. Они просят определенную сумму, они ее обосновывают, мы перечисляем. Но все-таки родители не бухгалтеры, и требуется определенный отчет за потраченные деньги. Особенно если ребенок лечился за рубежом. Я помню расписку, которую написал израильский врач о том, что он принял от мамы сумму в размере 10 тысяч долларов: были только число и подпись. И мама возвращается к нам с этой распиской, она не заплатила в кассу, не перевела деньги на счет. Врач подошел и сказал ей: «Заплатите мне лично». Как мы могли эту сумму проводить по отчетности? Поэтому, чтобы избежать таких случаев, чтобы родителям было проще, мы пошли по пути, когда ребенок получает помощь, а отчитывается перед нами медицинский центр. Специалисты присылают документы, где указано, что было сделано на протяжении трех недель реабилитации. Мы видим динамику, у нас есть полная выписка, которую привозят родители.

Бывают случаи, когда центр изначально просит больше средств, обосновывает, но, если затраты меньше, действует система возвратов. Например, центр просит 100 тысяч рублей, а ребенок пролечился на 80 тысяч. С чем это может быть связано? Как ни странно, чем тяжелее состояние у ребенка, тем меньше затраты на реабилитацию. Потому что он физически может не выдержать нагрузку. Специалисты, когда составляют программы, примерно рассчитывают. Но потом, во время реабилитации, смотрят за состоянием ребенка, сможет он выдержать такой интенсивный объем или нет. Соответственно, если есть излишне перечисленная сумма, эти деньги возвращаются обратно в фонд.

Скольким ямальским детям удалось помочь за 15 лет

Акция «Светлый Ангел» давно стала традиционной и постоянно масштабируется. Фото: Сергей Зубков / «Ямал-Медиа»

08:20 Мы примерно считали, что это около 7,5 тысячи ямальских детей. Это с учетом того, что есть семьи, которым оказывали помощь несколько раз в год.

Конечно, мы уже чувствуем себя своего рода экспертами. Когда ты в этом постоянно варишься, ты обращаешь внимание на мнения специалистов в сфере медицины. Любая фраза, сказанная экспертом при анализе того или иного обращения, откладывается в голове, и ты уже в дальнейшем заостряешь свое внимание на тех или иных моментах при рассмотрении документов, сразу видишь и понимаешь логику. И, конечно, ты постоянно повышаешь квалификацию, особенно при изучении каких-то методик, пытаешься вникнуть и понять, а что же с ребенком будет делаться, что скрывается под таким красивым названием реабилитационных процедур.

Как принимается решение, кому отдается приоритет

09:50 Любое обращение рассматривается сначала сотрудниками фонда на предмет полноты комплекта документов, потому что нам необходимы все выписки и понимание, что сейчас происходит с ребенком. Если он, к примеру, проживает в Муравленко, врачи из Салехарда его не видят, они могут посмотреть только документы. При необходимости они могут созвониться непосредственно с лечащим врачом или врачом в федеральном центре, где ребенок проходил лечение.

Первое при оказании помощи — это все-таки очередность. У нас есть журнал регистрации: приоритет у того, кто раньше обратился. Но если вопрос требует экстренной помощи, то, конечно, такие обращения рассматриваются вне очереди. Мы можем экстренно собрать экспертную комиссию, попечительский совет и решение по таким случаям примем в течение одного-двух дней. К примеру, как мы упоминали случай Ольги Шутовой из Лабытнанги, когда нам пришлось транспортировать ребенка для проведения срочной операции на сердце. Вопрос решился буквально в течение двух дней: пациент был вовремя доставлен и прооперирован. Ольга уже не ребенок, замужняя женщина, недавно прислали фотографии со свадьбы.

Случаев действительно много, к примеру, это и Эльнара из Тарко-Сале, сегодня тоже взрослый работающий человек. Это девочка, на судьбу которой выпало очень многое, она выдержала череду операций на позвоночнике и сегодня живет полноценной жизнью.

Лучше всего помогает сарафанное радио

12:36 Сарафанное радио — первый и самый главный канал связи. Ничего лучше на сегодня нет. Родители, попадая в подобную ситуацию, прежде всего обращаются в какую-то общественную организацию по месту жительства, к таким же родителям. В итоге следующий пункт в этой цепочке — мы. В свою очередь даем координаты, реквизиты, поясняем, куда лучше обратиться за какой-то мерой поддержки: в соцзащиту, здравоохранение и так далее. Сарафанное радио, наверное, заключается в том, что родители делятся своим опытом, они могут рассказать о специфике работы фонда, подсказать, что нужно сделать, чтобы обратиться к нам, к чему надо быть готовыми. Конечно, такие советы для родителей, которые только-только столкнулись со своей проблемой, ценны.

Про обращения из других регионов

14:15 Обращения из разных субъектов Российской Федерации были, поступают в том числе от благотворительных организаций. К примеру, фонды к нам обращаются с просьбой проконсультировать по тому или иному центру. Что касается обращений по поводу детей, мы усовершенствовали наше положение, предусмотрев определенную оседлость: сколько лет должна проживать семья в регионе, сколько лет родители работают на Ямале. Мы смотрим на все эти нюансы и принимаем решения исходя из стажа проживания на территории округа.

Первыми обратили внимание на аутизм

15:12 Сейчас страшно говорить, но, действительно, 15 лет назад еще мало встречался диагноз «аутизм». Его стеснялись, были упоминания детской шизофрении, еще каких-то моментов, но аутизм редко диагностировали. Потом появился фильм «Антон тут рядом» Любови Аркус, который всколыхнул проблему. Я посмотрел, лично встречался с Любовью Аркус, меня задела эта проблема. И проект «Мир без границ» как раз был ориентирован на работу с такими детьми. У нас были хорошие советчики, которые к нам приезжали и помогали. Мы фактически проходили этот путь впервые: не только из кабинета принимали решение, сами участвовали как волонтеры в проекте. Весь коллектив, включая меня, работал, чтобы не просто говорить о проблеме, а самим узнать и понять специфику.

Про центры, которым доверяют

17:00 Подчеркну, что не мы доверяем, а доверяют родители. Конечно, мы проверяем каждый центр. Наши эксперты смотрят наличие лицензии, профиль специалистов, как центр функционирует. Но, когда понимаем, что поток просьб в отношении того или иного центра увеличивается, наш уровень доверия растет. Не секрет, что центров, которые работают больше десяти лет, к примеру, как «Сакура», не так много. Некоторые появляются и исчезают буквально через пять лет.

Список центров меняется регулярно, потому что с некоторыми через какое-то время прекращаем взаимодействие. Почему? Потому что специалисты переходят на другую работу, переезжают. А родители и дети привыкают к определенному специалисту, едут к конкретному человеку. Они понимают, что там хорошие реабилитолог, специалист адаптивно-физической культуры, невролог, и они едут конкретно к ним, понимая, что разработана хорошая программа реабилитации, есть соответствующие материально-техническое обеспечение и уровень квалификации. В итоге и родители, и медицинские работники по месту проживания ребенка после прохождения курсов реабилитации видят динамику. Таким образом, уровень доверия к тем или иным центрам у нас растет.

Про снятие инвалидности

18:32 Такие случаи были, конечно. После проведенных курсов реабилитации, особенно у детей с церебральным параличом, снималась инвалидность. И знаете, действительно, наверное, в нашем случае нет срока давности. Наш архив растет и растет, есть специальная комната, где хранятся дела, и получается, что есть уже такая большая база. Мы стараемся следить и дальше, как растут наши дети, тех, кого мы ведем до 18 лет, а кого-то и до исполнения 23 лет.

В Новом Уренгое подвели итоги VII благотворительного марафона «СВОИ». Усилиями новоуренгойцев в этот раз собрано почти 7,6 миллиона рублей для бойцов на передовой. В акции, которая проходила с 30 марта по 1 мая, участвовал почти каждый третий житель города. Собранные средства пойдут на реальную помощь бойцам СВО — оборудование и снаряжение.

Читайте «Север-Пресс» в мессенджере «Макс».