0

0

«Муж» для одиноких и «коллектор» для бездушных

Читать «Север-Пресс» в

Законодатели широко обсуждают идею создания алиментного фонда в России, о которой впервые заговорили семь лет назад представители Федеральной службы судебных приставов.

Суть его в том, что государство на время поиска должника берет под опеку нуждающихся детей из неполных семей и выплачивает им алименты из специального фонда. Фонд предлагают формировать за счет бюджетных средств. В итоге неплательщик оказывается должен государству, а в этом случае разговор с должником будет короче и жестче - нерадивые отцы, а быть может, и матери, не смогут уйти от ответственности. В случае поимки взысканные средства придется вернуть. Возможно, даже с процентами. Раз в месяц лицо моей улыбчивой коллеги перекашивается от злобы. С брезгливым выражением она садится за телефон. Звонит своему бывшему. Напоминает, что у него двое детей. Понимает, что все равно не получит ни копейки и продолжает звонить. И так семь лет. На что надеется? Позади несколько судов. Но в её случае даже судебные приставы бессильны: официально у него ничего нет, а заработок не дотягивает и до минимума. Она стойко поднимает своих погодок – обучает игре на гитаре, водит в шахматную школу и наряжает во все лучшее. Как она умудряется выживать на небольшую зарплату и вдобавок тащить ипотеку – непостижимо. И таких, как она, по стране даже не тысячи. Миллионы. По общему мнению, в России ситуация с уплатой алиментов просто катастрофическая – правом на их получение обладают более трех миллионов детей, из них два миллиона алиментов не получают. Нередки случаи, когда непьющие, работящие матери вынуждены отправлять детей в интернаты только потому, что не могут накормить их досыта. Только на Ямале, где число жителей едва перевалило за полмиллиона, более пяти тысяч отцов-бегунов, а на общую сумму их задолженности вполне можно возвести небольшой детский сад. «Несомненно, детям нужны дополнительные гарантии на получение содержания. Не помешает и ужесточение наказания за неуплату алиментов. На Ямале общая сумма задолженности по алиментам превышает 184 миллиона рублей. Конечно, работа ведется – разыскиваем алиментщиков, убеждаем в добровольном погашении задолженности, оформляем удержание из заработной платы. Вот сейчас у нас 5251 исполнительное производство, из них 1800 – абсолютно неблагонадежных. Люди либо бегают, либо находятся в местах заключения. Только в 2013 году к административной ответственности привлекли 527 алиментщиков, но, к сожалению, общая сумма взысканных штрафов составляет всего 64 тысячи рублей», - рассказывает исполняющий обязанности руководителя Управления Федеральной службы судебных приставов по ЯНАО Игорь Демаков. Горе-отцов морально-этическая сторона вопроса особенно не беспокоит - улизнуть от родительских обязанностей пытаются лентяи и работяги, нищие и обеспеченные. Так что на этом фоне идея создания в России алиментного фонда не выглядит надуманной. И если саму идею никто не оспаривает, то предложенный механизм её реализации вызывает в регионах массу вопросов. Заместитель председателя Законодательного Собрания Ямала Елена Зленко пытается понять масштаб проблемы. «Дело не в том, хотим мы или не хотим поддержать федерального законодателя. Необходимо понимать социальный эффект от принятия закона. Да, проблема есть. Но каким образом она будет решаться? Вряд ли после принятия закона стоит возлагать большие надежды на усиление работы судебных приставов - они и сейчас не бездействуют. Поэтому возникает главный вопрос, каким образом будет наполняться алиментный фонд. Ведь это не разовая акция, фонд должен работать постоянно. Следовательно, необходимо досконально продумать механизм возврата выплаченных средств», - поясняет свою позицию Елена Зленко. Рассуждать подобным образом депутат имеет полное право: с проблемой неуплаты алиментов она хорошо знакома. Обращения о помощи от одиноких, в том числе и многодетных матерей к ней как к председателю Комитета Законодательного Собрания Ямала по социальной политике и ЖКХ, поступают регулярно. Среди предложений федерального законодателя — направить безработного неплательщика на принудительные работы, повысить госпошлину за расторжение брака и использовать имущество должников в качестве залога уплаты долга. Есть и другие мнения. Однако вряд ли этих средств хватит на то, чтобы пополнять алиментный фонд в постоянном режиме. Во-первых, отцы-бегуны показывают чудеса изворотливости, так что рассчитывать на то, что их будет легко призвать к ответу, не стоит. А во-вторых, только представьте суммы, которые должны быть заведены в фонд. К примеру, если не ясно, сколько зарабатывает находящийся в бегах родитель, то, по идее, фонд должен ежемесячно платить матери-одиночке принятый в регионе прожиточный минимум на ребенка. Фактически, это означает, что забота о материальном содержании детей ложится на плечи региона. Возможно, с точки зрения федерального законодателя это справедливо. Но вот с точки зрения рядового обывателя – не очень. И аргументы последнего понятны и убедительны – первоначально фонд можно наполнить только за счет налоговых поступлений. «У нас с мужем нормальная семья. Двое детей, оба работаем. Но рассчитывать на социальную помощь мы не можем именно потому, что семья нормальная. Наша соседка мать-одиночка, причем семья неблагополучная, так ее дети ежегодно на море отдыхают, а мы своих только к бабушке в деревню отправить можем. Мы с мужем регулярно перечисляем налоги, которые в том числе идут на содержание этой семьи. Теперь наши средства еще пойдут на содержание всех детей, чьи отцы находятся в бегах. Я, конечно, понимаю, дети ни в чем не виноваты, но в таком случае и мои дети имеют право на большее, чем домик в деревне», - возмущается моя собеседница Татьяна. На Ямале на принудительном исполнении находится 5251 дело. Региональный прожиточный минимум на ребенка составляет 11 916 тысяч рублей. Так что посчитать хотя бы полугодовой бюджет алиментного фонда для региона труда не составляет. Уполномоченный по правам ребенка в ЯНАО Виталий Орешкин убежден, что идея хороша только тогда, когда до конца будет продуман механизм ее реализации. В противном случае, это не более чем популизм. «Несомненно, родители, в одиночку воспитывающие детей, являются одной их самых социально незащищенных категорией граждан. С этим никто спорить не собирается, - поясняет детский омбудсмен Виталий Орешкин. - На мой взгляд, прежде чем вносить изменения в Бюджетный кодекс, неплохо было бы провести мониторинг о количестве налагаемых административных штрафов за нарушения семейного законодательства. Нужно адекватное финансовое обоснование создания фонда. Если не будет четко прописан механизм его формирования, а также куда и на каком основании будут направляться взыскиваемые с должников алименты, идея попросту не будет реализована. Законопроект нуждается в доработке, причем с учётом мнения всех субъектов Российской Федерации. Если уж законодатель предлагает организовывать фонды за счёт средств региональных бюджетов, регионы вправе понимать цену вопроса. Ведь это финансовые обязательства перед детьми, исполнять которые придется в полном объеме». По решению суда выплачивать алименты обязаны десять миллионов россиян. Ежегодно в Федеральную службу судебных приставов поступает более полутора миллионов исполнительных производств по принудительному взысканию родительского долга. Общий долг несознательных отцов и матерей перед собственными детьми превышает один миллиард рублей. Вроде и законодательство ужесточают, и уголовные дела открывают, и за границу не пускают, а все равно мужчины не хотят платить бывшим женам. Сегодня государство пытается стать «мужем» для одиноких мам и «коллектором» для бездушных отцов. Но если быть честным до конца, таким образом государство пытается исправить собственные огрехи. Развод стал общедоступной, необременительной и приятной процедурой. Он происходит в несколько раз быстрее, чем бракосочетание. А пресловутые гражданские браки? Вообще никаких обязательств и обязанностей. К сведению, в Госдуме хотят увеличить сроки выплаты алиментов с восемнадцати до двадцати трех лет на детей, обучающихся в образовательных учреждениях и не имеющих самостоятельного заработка. Соответствующий законопроект внесен в нижнюю палату парламента. Значит, и алиментные фонды должны стать весомее, чем предполагалось вначале. Кстати, алиментный фонд вовсе не российское ноу-хау. Весьма эффективно подобная система погашения долгов по алиментам работает в Финляндии. В Египте такие функции возложены на государственный Nasser Social Bank, занимающийся распределением алиментных выплат, а затем взыскивающий долги с уклонистов. А поскольку на практике вернуть деньги оказалось достаточно проблематично, был создан Семейный страховой фонд банка, финансируемый из отчислений с заключений браков, регистрации рождений и разводов. Негативный опыт создания алиментного фонда был получен в Польше и в Норвегии, где большую часть долга взыскать так и не удалось. Моя коллега, та что уже семь лет самостоятельно тянет своих погодок, к идее создания алиментного фонда отнеслась скептически. Она не видит способа заставить уклонистов платить по счетам. Даже если счет выставит государство. С брезгливым выражением она вновь садится за телефон. Звонит своему бывшему. Напоминает, что у него двое детей. И так семь лет. На что надеется?

Лилия Горохова, ИА «Север-Пресс».

0

0